«Алкоголичка». Будни антиполиграфолога

Алкоголичка

 

Один из последних «кейсов» — «Алкоголичка». Приходит на подготовку приятная женщина в строгом деловом костюме. Не девочка, но выглядит супер. За вежливыми оборотами и милой улыбкой видна железная деловая хватка сильного руководителя со стажем. Понимаю, что тут причина прихода вряд ли обусловлена семейными проблемами.

И точно. Выясняется, что Елена (назовём так нашу героиню) только что с самолёта. Прилетела на выходные специально, чтобы «закрыть вопрос» с полиграфной проверкой, которая назначена на понедельник.

Елена работает в большой вертикально интегрированной компании, руководство которой находится в Москве. Филиалы разбросаны по разным городам нашей страны. Один из таких филиалов и возглавляет Елена. Неделю назад она уже проходила полиграфное тестирование, но получила отрицательное заключение в котором, если отбросить формальности и лирику, её обвиняли в том, что она, ВНИМАНИЕ!!!, скрытая алкоголичка! Узнав об этом, возмущению Елены не было предела. Если злоупотреблять полномочиями, хотя бы теоретически, можно как-то незаметно, то руководить филиалом на виду у подчинённых, если она и правда была бы алкоголичка, просто нереально. Елена сказала, что готова перетестироваться у любого независимого полиграфолога по выбору работодателя, т.к. предыдущий специалист, вероятно, упустил что-то важное во время обучения по специальности. Её напор, убедительность и железная логика повлияли на московское руководство. Елену согласились направить на повторный тест к другому полиграфологу.

Удача бывает улыбается нам. Обычно второго шанса никому не дают. Действительно, зачем работодателю тратить лишние деньги на ещё одно тестирование? Ведь рядом всегда есть кто-то, у кого все реакции на полиграфе, как и извилины в мозгу, идеально прямые.

Начинаем общаться. Наличие реальных проблем с выявленными «зонами риска» Елена не помнит. Похожих ситуаций в её жизни не происходило.

Прогоняю набор базовых тестов, включающих указанные вопросы, и понимаю, что реакции действительно есть, они повторяющиеся и устойчивые. Чтобы быстрее их убрать, весьма желательно понять причину возникновения. Просто больной фантазией такую явную картину объяснить не получится. Поэтому начинаем копать вглубь.

Для обнаружения истоков стресса понадобился почти час. В сухом остатке – реакции на все темы и вопросы, связанные с алкоголем, являются вытесненной и почти забытой детской травмой. Давным-давно отец, возвращаясь домой в нетрезвом виде, приветствовал жену с дочкой словами: «Здорово, алкоголики»! Причём, алкоголиком являлся он один. Ни жена, ни дочка спиртное не употребляли совсем. Более того, образ пьяного отца, от которого мерзко несло перегаром, впечатался в детский мозг так сильно, что в дальнейшем Елена не употребляла спиртное нигде и никогда. На официальных мероприятиях, чтобы не выделяться, она лишь делала вид, что пьёт, подносила рюмку ко рту, а потом отставляла в сторону.

Но когда на полиграфе, спустя более 30 лет после тех детских событий, задали вопрос про алкоголь, внутри неё всё сжалось, хотя она давно забыла свои детские переживания. И каждый раз, когда полиграфолог спрашивал её про злоупотребление спиртным, Елена честно отвечала: «Нет». Но её организм выдавал такой комплекс реакций, которые однозначно свидетельствовали о наличии проблем.

Врала ли она? Нет. Она отвечала честно. Помнила ли она об этих проблемах в тот момент? Нет, она забыла про них, но тело ничего не забывает. Оно всё помнило, и каждый раз выдавало свой собственный ответ на полиграф, который противоречил словам.

Два дня тренировок с перерывом на обед – и от прежних «пиков» не осталось и следа. Когда есть понимание причин реакций, убирать их гораздо проще. Тем более, как выяснилось, Елена уже обладала некоторыми базовыми навыками саморегуляции. Их требовалось только развить и перенести в новую область. Понимая логику тестирования, и видя свои реакции в режиме реального времени, Елена быстро наработала нужные состояния. Она поняла, что может выдавать на полиграф любую картинку по своему желанию.

Этот кейс мало чем отличается от многих других. Его причина – профессиональная непригодность полиграфолога. Это он, а не я, должен был с самого начала расспросить человека о его жизни, детстве, родителях, трудностях и стрессах. Увидев яркие реакции по одной теме, и посмотрев на человека, он должен был сопоставить, что перед ним ни разу не алкоголичка. А это значит, что причина реакций не в её лжи, а в чём-то другом. Но для того, чтобы этим заниматься, нужно иметь а) подготовку, б) время, в) желание. Только лишнее время, потраченное на клиента, не влечёт увеличение прибыли. Полиграфологам платят не за время работы, а за количество тестов. Вот так и рождаются «заключения» на трезвенников с диагнозом «алкоголизм».

P.s.: Елена позвонила через пять дней. Сказала, что успешно прошла тестирование. Повторное заключение положительное и её карьере теперь ничего не угрожает. И ещё она решила завязать с сухим законом, т.к. страха перед спиртным у неё больше нет. За день до звонка за ужином она впервые выпила бокал вина и ей это понравилось. Так что теперь она будет, как и большинство окружающих её людей, иногда употреблять алкоголь по праздникам, если будет соответствующее настроение.

Уж, и не знаю, хорошо ли это. Но реакции на спиртное у неё теперь будут точно ровные… и на полиграфе… и по жизни.

 

https://zen.yandex.ru/media/id/6063d0a2cfd479132cad80e6/alkogolichka-budni-antipoligrafologa-614bdb82bcb68f211660acd7

Заказать звонок
+
Жду звонка!